Ночь. Весна 1604 года. Самбор. У ворот польского замка.
Шум, топот, скрип телег. К воротам подходит дед.
Фучик:
- Что ж ночью ездите?
Гонец:
- Письмо,
От Вишневецкого Адама.
Фучик:
- От князя стало быть. Добро,
Сейчас открою. Кто там с вами?
Гонец:
- Обоз.
Фучик:
- Не... не пущу! Пусть утра ждут.
Вот на рассвете глянем: кто там.
А ты в лазейку справа тут.
Иди один! А то как в лоб дам!
Повадились тут ночью шастать!
В низкую калитку пролезает Гонец.
Гонец:
- Сейчас снеси к нему!
Фучик:
- Так спит!
Гонец:
- Буди. Прочтёт так и простит.
Фучик:
- А ты как знаешь? Неча хвастать!
Тут все горланят в воротах,
И каждому закон не писан!
Гонец:
- У нас больной там...
Фучик:
- Не в оспах?
Гонец:
- Нет. К Константину новый писарь.
Фучик:
- В дороге приболел?
Гонец:
- Буди!
Фучик:
- Как можно без глазу оставить?
Эй, Симка, слышишь, проводи!
Гонец:
- И надо б к лекарю отправить...
Фучик:
- Пошлём, пошлём... Вот князь решит
Кого куда тебе поместить
А то мигнёт, так и повесить
Ни за что могут. Не спеши
Отсылает Лекаря жестом и тот уходит.
Князь:
- Молчит наш Сигизмунд в Варшаве,
Но беспокоятся в Москве:
Отдашь, мол, будешь при награде -
Все земли спорные тебе...
Отдать? - убьют ведь по дороге,
И развернут свои войска -
Да разнесут ещё в народе,
Что мы убили их царька.
И снова войны - бей поляков!
И снова - в пепел города!
Им дай лишь повод!... Эку бяку
Послал Адамчик! Вот беда...
